13-летняя школьница будет подвергнута публичной порке из-за мобильника

13-летняя школьница будет подвергнута публичной порке из-за мобильника

Школьница из Саудовской Аравии будет подвергнута публичной порке из-за того, что была замечена в школе с камерафоном. Согласно решению суда Аль-Джубаля, девочка получит 90 ударов плетью на глазах у своих одноклассников, а также проведёт два месяца за решеткой.

Мобильные телефоны запрещены в школах для девочек Саудовской Аравии. Тем не менее школьница, имя которой не называется, принесла в учебное заведение такой гаджет. Когда классная наставница увидела у ученицы мобильник, девочка нагрубила ей.

Стоит отметить, что за агрессию в отношении учителей в этой стране можно понести более суровое наказание. Три года назад за такое поведение 16 школьников 12-18 лет были приговорены к 300-500 ударов плетью каждый.

// 13-летняя школьница будет подвергнута публичной порке из-за мобильника

 

– Скажи, Богдан… – задумчиво спросила Жанна, прянув было к нему с уже занесенным кулачком, но тут же покорно остановившись по мановению его руки. – Фирузе обмолвилась, а я сделала вид, будто так и надо, но… у вас тут до сих пор в ходу телесные наказания?

В голосе Жанны был неподдельный ужас.

Богдан даже жевать перестал.

– Ну, во-первых, – неторопливо начал он, собравшись с мыслями, – еще в древности в Цветущей Средине был выработан принцип: наказания установлены, но не применяются. Это значит, что, если не совершаются преступления, за которые предусмотрены те или иные наказания, то к этим наказаниям нет нужды прибегать. Это же хорошо?

– Хорошо… – неуверенно кивнула Жанна. – Но все равно. Это же унизительно. Это несправедливо! Это… это недемократично!

– Погоди, слушай дальше. Если человек разбил витрину… или пьяный появился в метро, или ругается на улице… да мало ли! Это называется «бу ин дэ вэй» – совершение действий, которые совершать не полагалось. Их тьма! Что же, в тюрьму сажать всякий раз? На каторжные работы упекать?

– Штрафы… – с таким видом, будто глаголет очевидную истину, произнесла молодая. Богдан в ответ только руками всплеснул – и выскользнувший из палочек кусок яичницы взлетел под самый потолок. От таких разговоров Богдан заводился с полуоборота.

– Штрафы! И ты еще толкуешь о справедливости! Ох, Европа! За один и тот же проступок ты неизбежно установишь один и тот же штраф, так? А доходы у людей разные! Для одного, скажем, десять лян – это на шпильки, на сигары дорогие, а для другого – два, а то и три дня жизни. Один без обеда останется, другой даже не заметит. Стало быть, прямая и вопиющая получается несправедливость! А вот кожу свою все ценят одинаково! Дальше. Высшая справедливость требует, чтобы за одинаковые проступки богатый получал все же чуточку более суровое наказание, чем бедный. Ведь тому, кто богат, легче получить воспитание, правда? Значит, невоспитанность у богатого – несколько больший грех. И тут именно так и выходит, ведь у богатых кожа всегда чуточку нежнее, чем у бедных, и они всегда чуточку больше боятся боли! Справедливо, Жанночка! По всем статьям справедливо!